Рейтинг@Mail.ru
САЙТ АНДРЕЯ ХАЧАТУРОВА

О БЕГЕ И НЕ ТОЛЬКО...

(путевые заметки ультрамарафонца)

Моя страница на

"СЕВЕРНЫЕ РАССКАЗЫ"
ЯКУТИЯ 1983-1985

СЕВЕРНЫЕ РАССКАЗЫ

В детстве очень любил читать. Читал всё подряд и везде подряд. Всё свободное время. Не мог начать есть, пока не выбрал ту книгу, которая этот процесс будет сопровождать. Не мог заснуть, пока не прочитаю хоть несколько страниц, спрятавшись под одеялом, чтоб родители не ругались.

Дома были прочитаны все книги, которых, кстати, было не мало. Понятие «все» не преувеличение. На полках домашней библиотеки меня ждали десять томов Пушкина, и два – Остапа Вишни, Паустовский и Тургенев, Гюго и Мопассан, «Я математик» Норберта Винера и «Воспоминания и размышления» маршала Жукова. Я буквально глотал все подряд, поглощая знания со скоростью до двухсот страниц в сутки. А ещё были библиотеки родственников, которые ждала ровно та же история «всеобщего поглощения».

Но, среди всего это многообразного разнообразия были несколько книг, к которым возвращался постоянно. Их мог цитировать с любого места – стоило только начать предложение, и я уже готов был его продолжить.

Одним из самых любимых авторов был Джек Лондон, особенно его северные рассказы. И именно он впоследствии сыграл довольно значительную роль в моей судьбе. Если уместить несколько лет жизни в несколько строк, то – сначала, я совершенно неожиданно для себя и окружающих «заболел» флотом и поступил в мореходное училище, а затем, столь же неожиданно оказался в районах Крайнего Севера…

Мне повезло насколько раз пройти всю Лену с самого её судоходного верха в Усть-Куте, до моря Лаптевых. Я доходил до Бодайбо по Витиму, известному многим как Угрюм-река, на которой только успевай отворачивать от бурлящих бурунов, чтобы не разбить судно о скалы. Сидел на мели на Алдане, неподалёку от Хандыги. Попадал в шторма в море Лаптевых по пути в Тикси, и на Яну, которая совсем рядом с Индигиркой и Колымой.

Имел возможность не единожды любоваться чудом природы, под названием Ленские столбы, и столь же неоднократно щекотать нервы, стоя у штурвала стометрового сухогруза и проводя его через смертельные для судов Ленские Щёки.

Привык к тому, что средняя температура зимы -40ºС, а как минимум пару недель обязательно придавит ниже -50ºС. Испытал, что значит полноценный рабочий день на открытом воздухе, при -56ºС…

Много чего было разного и интересного за короткий промежуток жизни. И вот наступил момент, когда я понял, что хочу об этом рассказать. Не прошло и сорока лет!!!

Открываю серию Северных Рассказов, в которых попытаюсь изложить самые яркие

моменты той жизни.

 

ПУТЬ В НЕИЗВЕСТНОСТЬ

Чтобы там ни говорили, а я верю в некуюпредначертанность нашего жизненного пути. Не жёсткую, а в плане постановки целей. Давно дал этому определение «сигнал сверху».  Ко мне он поступает как бы спонтанно, но именно с этого момента начинается наступательно-поступательное движение к заданной точке, при условии полной свободы в выборе маршрута.

Один из родственников слетал в командировку в Якутию и, вернувшись, долго делился восторженными впечатлениями от совершено иной земли и совсем другой жизни. У меня внутри вдруг всколыхнулись все «воспоминания» о суровых и слегка бесшабашных людях, морозах и бескрайнем белом безмолвии… Джек Лондон включился по полной программе и начал направлять мои действия.

Пишу запросы во все базы флота Ленского пароходства, от Усть-Кута до Нижнеянска. Проходит буквально несколько недель и в почтовом ящике оказываются вызовы во все те места, о которых у меня было более чем смутное представление. Есть только бумажки с малопонятными словами Жатай, Тикси, Киренск, Пеледуй…

Смею напомнить, что это был 83-й год прошлого века и средства получения информации разнообразием не отличались.

Далее включается судьба и я, опять совершенно неожиданно делаю очередной выбор.

 

О ПОЛЬЗЕ ХОККЕЯ

Никогда не считал себя фанатом этого вида спорта, и звуки бьющейся о борта шайбы воспринимались лишь как звуки бьющейся о борта шайбы, в сопровождении криков болельщиков и игроков.

Далее, сплошная мистика…

Иду мимо стадиона, в хоккейной коробке какой-то матч, что-то типа Чемпионата города. Ноги помимо моей воли несут в сторону совершенно неинтересным мне доселе событиям,и… встречаю старого знакомого. Помню лишь, что зовут его Виктор, что мы пересекались с ним когда-то по флотским делам, и что я давненько его не видел.

И тут оказывается, что он уже несколько лет работает в… Пеледуе, электромехаником на танкере.  Воистину немая сцена. За ней короткий разговор на тему моих северных фантазий, который Виктор всерьез точно не принял, но адрес свой пеледуйский всё-таки дал.

А уже через две недели я стоял на пороге его дома. Там. В Пеледуе…

 

НА ПЕРЕКЛАДНЫХ

Точно помню, что билет стоил 125 рублей и добирался я, как минимум, полтора суток, со всеми межпересадочными ожиданиями.

Это были первые в моей жизни самолёты, и их сразу оказалось целых три – совершенно различных модификаций.

Ту-154 Москва-Новосибирск. Захожу внутрь и понимаю, что мне страшно – маленький он какой-то, узкий. Всегда казалось, что места тут должно быть гораздо больше. Хочется выйти. Останавливает лишь мысль о том, что у летчиков нет парашютов, и они тоже планируют долететь живыми. Шесть часов полёта и я уже совсем в ином мире. Тут холодно, тут другие люди, тут всё как-то иначе.

Под утро объявляют посадку на Ленск. Пешком по лётному полю, не совсем устойчивый трап, захожу в холодную «Аннушку» и сразу улавливаю разницу между реактивной и турбовинтовой техникой.

Поочередно, прочихавшись, взревели двигатели. Запахло керосином. В салон начало заходить тепло. Всё как-то проще, без лишних удобств.

А вот лететь уже интереснее. Высота совсем «никакая» - под нами сопки, сопки, сопки… Постепенно приходит понимание, что занесло меня изрядно.

Промежуточная посадка в Усть-Куте, летим дальше. Раньше я эти названия только из телевизора в героических репортажах о строителях БАМа слышал.

Ленск. Маленький, похожий на вокзал аэропорт. Здесь я должен пересесть в АН-2 или «кукурузник» для последнего двухсоткилометрового авиаброска. А пока впереди снова несколько свободных часов. Спрашиваю – где тут камера хранения. Удивлённый взгляд: «Да прямо здесь сумку ставь – никто ведь не возьмёт». Шок!

Оглядываюсь, действительно – по всему вокзалу стоят вещи, за которыми никто и не думает присматривать. Вот оно, началось! Я на Крайнем Севере! В том же самом Советском Союзе, но среди совершенно иных людей, иных человеческих ценностей, взаимоотношений, устройства жизни. Шок!

Короткая перебежка по летному полю. Забираюсь в тесный салон биплана. Весёлые молодые ребята в лётной форме за открытой дверью пилотской кабины. Громко-шутливый крик: «От винта!». Короткий разгон. Взлетаем. Болтанка, ямы. Местами довольно глубокие. Заползаем на 200 метров вверх и всё более-менее устаканивается. Летим прямо над Леной, прорезающей совершенно бескрайнее пространство тайги.

А это бесконечный набор сопок – вообще нет ровного места. Как тут люди ориентируются?! Ушёл за сопку, и нет тебя! Точнее нет мира вокруг тебя – ты уже вне его.

Страшный, потом ставший привычным, заход на посадку. Самолёт идёт прямо в огромную скалу, делает резкий оборот и садится. Аэропорт это просто поле, которое просто берег Лены. Чуть дальше маленькая будка с кассой и диспетчерской.

В Москве было +15ºС, здесь чуть ниже -20ºС. Дермантиновая сумка встала колом, ремень на ней с треском лопается, а мороз, тем временем, вцепляется во все части тела.

Практически моментальное трудоустройство. Срочный договор на три года. Подъёмные в размере не помню уж скольких окладов. Направление на судно, а пока оно ещё стоит в затоне скованное льдами – место в общежитии.

 

Андрей Хачатуров
Фото автора

Комментарии ()

    Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru